Регистрационный номер в
государственном реестре саморегулируемых организаций:
СРО-П-080-14122009

Саморегулируемая организация, основанная на членстве лиц, осуществляющих подготовку проектной документации

Экспертные организации электроэнергетики

В НОПРИЗ работы – непочатый край

04.03.2019

Михаил Михайлович, после ноябрьского съезда НОПРИЗ можно говорить о новом витке в развитии нацобъединения. Какие задачи вы считаете приоритетными и над какими направлениями будете работать?

- Сейчас в НОПРИЗ — ответственный период окружных конференций перед весенним съездом, на котором будет утвержден бюджет на 2019 год. Идет очень серьезное обсуждение наших планов – и финансовых, и организационных.

Так, мы вносим изменения в Устав НОПРИЗ, в которых будет прописано, что от каждого федерального округа в Совете будет представлено не менее 1 человека. Дело в том, что количество СРО сокращается, и в некоторых федеральных округах, исходя из действующей формулы расчета представительства, оказывается менее одной квоты. А это неправильно, —  наши СРО все равны вне зависимости от территории и количества СРО в их федеральном округе и должны иметь свое представительство в Совете.

Вторая задача – это обсудить вопросы, которые касаются бюджета НОПРИЗ и сметы расходов, потому что мы сейчас живем по 1/12 от 2018 года. Этот вопрос непростой, в ходе его обсуждения всегда обостряются конфликты, причем иногда одни и те же люди требуют прямо противоположного: сначала сократить членские взносы, а потом дать денег на работу комитетов, проведение выставок, конференций и т.д. А нам сегодня очень важно сконцентрировать свое внимание на исполнении тех требований указа президента страны, которые касаются строительной отрасли. К сожалению, те программные установки, которые дает президент, не всегда выполняются, и некоторые чиновники уже начали объяснять, почему это нельзя выполнить. Я, как представитель профессионального сообщества, могу сказать, что все, что поручил президент, с профессиональной точки зрения нас устраивает, и нам хотелось бы работать в этом ключе.

Поэтому мы сейчас поставили перед собой задачу проработать  вопрос дальнейшего развития деятельности НОПРИЗ, в том числе, и совершенствование в тех или иных деталях системы саморегулирования в строительной отрасли, потому что есть ряд положений закона, которые не совсем укладываются в канву развития и мешают развитию малых  компаний.

С учетом этого мы решили разрабатывать концепцию формирования приоритетных направлений деятельности НОПРИЗ. Концепция обсуждается на всех окружных конференциях, высказываются различные мнения, которые в дальнейшем будут учтены. Новые приоритетные направления разрабатываются на следующие 4 года, они будут существенно отличаться от предыдущих документов, потому что ситуация меняется, есть, например, предварительное решение об объединении в рамках НОПРИЗ СРО негосударственной экспертизы.

- Когда это может произойти и когда будет принята эта  поправка в Градостроительный кодекс?

- К сожалению, законопроект лежит в профильном комитете Государственной думы без движения почти год, и за это время в нем появились очень одиозные положения, не согласованные с профессиональным сообществом. Довольно часто бывает так, что на каком-то этапе профессионально подготовленные материалы начинают перерабатывать юристы или экономисты, которые профессиональных нюансов просто не понимают. Так и здесь: безо всякого обсуждения с профсообществом внесли поправку в уже обсужденный законопроект. Госдума за этот проект проголосовала, и теперь у нас появилось такое понятие как «особые зоны». Кто это придумал?!

Конечно, всегда были так называемые зоны отчуждения, но это были земли вокруг железных дорог, аэропортов, заповедники и т.д., где нельзя было вести застройку. Но теперь в законе записано, что проекты застройки этих «особых зон» может рассматривать почему-то только государственная экспертиза. А это не соответствует действующему законодательству, потому что у нас должны быть уравнены в правах частные и государственные компании. В результате получилось, что огромный пласт этих земель — «особых зон» — выпадают из поля деятельности негосударственной экспертизы, в результате чего она теряет около 70% рассматриваемых проектов. Это настоящий удар по малым предприятиям негосэкспертизы. Мы с таким положением дел согласиться не можем.

Если же говорить о других законодательных неувязках, то до сих пор не урегулирован вопрос замороженных в банках компенсационных фондов СРО и так называемой «амнистии» этих утраченных денег. Эта статья была в законопроекте, но теперь ее убрали, и сейчас СРО решают эту проблему в меру своих возможностей и понимания ситуации. Также необходимо актуализировать нормативно-техническую базу отрасли, в ближайшие годы запланирована разработка более 300 документов в области проектирования и инженерных изысканий.

За нами остается и разработка закона «Об архитектурной деятельности». Это важнейшая задача. Мы сделали концепцию этого закона, согласовали ее с коллегами, и сейчас начинается этап перехода от концепции к написанию самого законопроекта. Нужно понимать, что написание текста закона –  дело сложное, и писать его должен не столько архитектор, сколько юрист, умеющий это делать. Поэтому мы сейчас ищем соответствующих специалистов, чтобы законопроект успешно прошел через правительство и Госдуму. Мы плотно взаимодействуем с Минстроем России, потому что этой работой заинтересовался министр Владимир Якушев и пристально за ней следит. Мы договорились о создании рабочей группы по самому закону, но для того, чтобы она начала функционировать, нам нужен первый вариант текста, над которым мы сейчас начнем работать.

В целом же наше сотрудничество с новой командой Минстроя складывается очень успешно. Работа Минстроя меняется, причем в лучшую сторону. Мы неоднократно встречались с министром Владимиром Якушевым, и его позиция очень комфортна для совместной работы, — он уверен, что все свои вопросы НОПРИЗ должен решать внутри сообщества, а на уровне законотворческой и нормативной работы активно взаимодействовать с минисерством.

Конечно, мы будем работать над поправками в 44-ФЗ «О контрактной системе», мы должны заняться антидемпинговой политикой, потому что определение стоимости проектных работ  находится в ужасном состоянии. Кроме того, если раньше проектная организация заключала договор на проектные работы в чистом виде, то сегодня, участвуя в торгах, проектировщик должен по факту выполнять и функции заказчика, и изыскателя, и пройти экспертизу, а цена та же. А ведь эти услуги все платные! Как работать в таких условиях, развиваться, платить зарплату? Многие компании работают себе в убыток, чтобы не уйти с рынка.

- НОПРИЗ недавно выпустил аналитические обзоры по ценообразованию в инженерных изысканиях и проектировании. Это направление вы также собираетесь плотно курировать?

- Да, конечно! Недавно появился проект приказа Минстроя России по методике определения стоимости работ как переходный этап к ресурсному методу ценообразования в строительстве. Мы видим, что этот процесс затягивается еще на два-три года. Проектировщиков это очень сильно касается, поскольку именно они закладывают в проекты соответствующие материалы, а, следовательно, и цены.

Кроме того, на проектировщика, который делает сметную документацию, теперь возложен так называемый конъюктурный анализ,  — это вообще невообразимо. То есть, разрабатывая смету, проектировщик должен собрать сведения о нескольких производителях материалов или конструкций и из них выбрать наилучшую конъюктурную позицию и ее включить в смету. Но это работа не проектировщика, а заказчика, которому нужен объект определенного качества с определенным набором оборудования. И он должен дать проектировщику списки соответствующего оборудования в техническом задании, чтобы проектировщик мог рассчитать мощности, инженерные сети и т.д.

Кроме того, сегодня сложнейшие объекты, например, медицинские центры, по тендеру может проектировать кто угодно! Какой в итоге получится проект? А в том же Минздраве нет специалистов, которые могут написать грамотное техническое задание, потому что институт заказчика практически исчез.

- Кстати, о нацреестре НОПРИЗ: в нем сейчас уже более 95 000 специалистов. Неужели в проектировании и инженерных изысканиях реально есть столько главных инженеров и главных архитекторов проекта (ГИПов и ГАПов)?

- Исходя из положений закона и требований к внесению в реестр, именно столько специалистов соответствует всем критериям. Другое дело, что нацреестр должен стать рабочим инструментом для руководителей компаний, которые набирают себе сотрудников, в том числе, ГИПов и ГАПов, и отвечают за исполнение ими соответствующих обязанностей и объема работ.

Раньше ГИПы и ГАПы заверяли все документы и чертежи своей персональной подписью, что они соответствуют всем строительным нормам и правилам. За нарушение они несли уголовную ответственность. Сейчас такой ответственности нет, но с внедрением нацреестра появилась возможность создания рынка ГИПов и ГАПов, которые сами будут диктовать цену за свой труд. Они не привязаны к месту работы, они приходят на конкретный проект и несут за него ответственность. Это совсем другая конфигурация рынка проектных работ, для которой и нужен Национальный реестр специалистов.

С НРС стыкуется еще один важный вопрос – разработка профессиональных стандартов в области проектирования и изысканий. Сейчас их пока три – для архитектора, проектировщика и изыскателя. Мы хотим создать Совет по профессиональным квалификациям на базе НОПРИЗ, а пока работаем через СПК при Национальном объединении строителей. Хотя наше объединение и потратило на это направление около 60 миллионов рублей, но, очевидно, что у нас должен быть свой СПК по конкретным проектным и изыскательским специальностям, тогда и работать станет гораздо проще и эффективней.

В последние годы профессия архитектора, проектировщика и изыскателя активно развивается. Появилась новая тема – внедрение БИМ-технологий, цифрового строительства и так далее. Но нужно понимать, что БИМ – это не просо красивые картинки. Это комплекс, который должен охватывать всё — и проектирование, и культуру строительства, и производство материалов и конструкций, и эксплуатацию зданий.

К сожалению, некоторые заказчики уверены, что все БИМ-проектирование заканчивается на красивой объемной картинке, и не понимают, за что они еще должны платить изыскателю и проектировщику? Они не понимают, что за красивой картинкой должен следовать проект, рабочая документация и многое другое. Но довольно часто бывает так, что заказчик берет у проектировщика идею, а потом ищет, кто подешевле ему на основе этой картинки разработает проект.

И, конечно, большая беда нашей профессии – это массовый отъезд молодых архитекторов после окончания вуза за границу. К сожалению, мы очень интенсивно теряем молодые кадры. А что делать, если здесь им работы нет? Это очень серьезная и очень печальная ситуация.

Повышение квалификации действующих кадров – это тоже одна из задач НОПРИЗ. Мы обязаны ее организовать и, прежде всего, в связи с тем, что специалисты в Москве и в регионах имеют очень разный уровень подготовки. Я был очень доволен, когда мы проводили конкурс проектов во всех федеральных округах России,  — он позволяет возбудить интерес у местных властей к тому, что делают архитекторы и проектировщики. В этом году мы обязательно проведем конкурс в очередной раз. Мы должны добиться уважения к профессии архитектора, чтобы молодежь гордилась своей профессией и у неё было будущее.